[en]

[ru]

Сенатор Арлен Спектер (ему сейчас 79 лет) пережил две лимфомы (рак лимфы). В этот понедельник Arlen Specter вёл слушание в Конрессе, посвящённое связи между использованием мобильных телефонов и раком.

Как обычно, “консультант” от мобильной индустрии (Dr. Linda Erdreich) настаивала на том, что имеется огромный массив исследований, показывающих отсутствие зависимости происхождения рака от мобильных телефонов. А также – главное заключение – “Научные доказательства никогда не могли бы продемонстрировать тотальное отсутствие свзязи [между двумя изучаемыми явлениями]“.

Учёный из Израиля Dr. Siegal Sadetzki, представила на этом слушании в Конгрессе результаты предварительных исследований, свидетельствующих о связи между мобильной связью и раком. Речь шла о тех, кто пользовался мобильным телефоном 10 лет и более. У них в мозге, как она утверждает, можно “кое-что увидеть”.

Подобные дискуссии о вреде мобильных телефонов для здоровья человека уже никого не удивляют. Такое, однако, не происходило ещё в Высшем законодательном собрании ведущей державы мира.

Вывод Конгресса: в обществе будет продолжать царить определённый уровень нервозности, пока нет однозначных свидетельств о том, что использование мобильного телефона таки вызывает рак мозга.

Уникальный период истории радиосвязи

Судя по всему, наше время уникально пиком обеспокоенности по поводу опасности персональных средств радиокоммуникаций.

С одной стороны, сейчас доживают свой век те крутые дядьки, которые в своё время поддались на моду на носимые телефоны первого поколения (NMT в Европе, AMPS в Америке).

Трудно было устоять от соблазна после того, как эти аппараты перекочевали из автомобиля в портфель и далее в карман. Те NMT-телефоны, однако, обладали двумя существенными недостатками по сравнению с современными аппаратами GSM:

1. максимальная мощность радиоизлучения трубки ограничивалась только на усмотрение каждого отдельного производителя и была в разы выше стандартов GSM;
2. мощность большинства мобильных терминалов не регулировалась динамически и всегда была установлена на максимум.
   Аппараты GSM же обычно работают на мощности 10% от своего, и так небольшого, максимума. Использование технологии разделения времени радиоэфира (TDMA) дополнительно уменьшает облучение в 8 раз (иногда в 16 раз).

Вполне можно считать, что даже несмотря на астрономические тарифы в 2 доллара за минуту разговора в сетях NMT, те первые абоненты могут засчитывать свой мобильных стаж как “год за десять” – их один год – это наши 10 лет с GSM в смысле полученной дозы облучения мозга.

Вот те самые абоненты сейчас, скорее всего, и являются главными субъектами исследований на рак.

С другой стороны, со сменой поколений мобильных сетей (1G → 2G → 3G → …) повышается эффективность использования радиоэфира и, как следствие, уменьшается требуемый уровень излучения мобильных устройств.

Если “труба” NMT образца 1990 года “шарашила” 5 Ватт, а современная мобилка  GSM даёт 100 мВт средневзвешенного излучения, то аппарату третьего поколения UMTS будет достаточно 10 мВт для уверенной связи. А это уже на уровне излучения беспроводной гарнитуры Bluetooth, которая вызывает гораздо меньше опасений.

Вот и получается, сейчас мы разбираемся с жертвами NMT, лет через 20 начнём хоронить наиболее активных пользователей GSM, а через 40 лет придёт 4G-5G-6G, страхи улягутся и мы будем вспоминать эпоху, в которую живём сейчас, как какую-то войну или масштабную техногенную катастрофу вроде Чернобыля.

← Rate!